Молодой писатель Рыбакова укрывает читателя лоскутным одеялом из ироничных, ужасно обаятельных и вовсе не легкомысленных историй. Эй, не ты ли этот мальчик?.. И не твоя ли это девочка?..
— У одной девочки были мама, папа, бабушка, друзья, куклы и слово. Какое, она никому не говорила — она очень его любила и боялась, что его заберут. Девочка росла, и слово росло вместе с ней.
Однажды девочка узнала о смерти и очень испугалась, что слово умрет вместе с ней. Тогда она пошла в огород, написала своё слово на бумажке, бумажку положила в жестянку и закопала ее в огороде. И забыла слово.
***
— Один мальчик очень много ругался. «Черт, черт, черт!» — кричал он, когда ни попадя. А все знают, что если сказать «черт!», то черт обязательно придет. Однажды зимой мальчик шел и думал о своей жизни и так много чертыхался, что к нему пришли все-все черти, лезут друг на друга, во дворе не помещаются. Он их гонит, а они и остаться не хотят, и уйти не могут — их из ада никто не зовет.
Пошел тогда мальчик сам в ад, там поругался на жару и дым, вернул несколько чертей, да домой на трамвае, чертыхаясь, поехал — дальше думать.
***
— Одна девочка была очень худая и грустная, а волосы нее были красные, как огонь. Однажды вечером она крепко обняла мальчика, и у того сердце упало и подпрыгнуло одновременно, а дыхание перехватило, будто он разбежался и полетел на высокой дворовой качеле.
Дома мальчик нашел на своем пуховике рыжий волос и сделал с ним куклу вуду. И поил ее чаем, и наряжал в красивые платья, и водил в кино. Однажды он крепко обнял куклу, и с его сердцем и легкими произошло то же, что и тем вечером. А девочка ничего не почувствовала, потому что с париками магия не работает.
***
— Одному мальчику нельзя было соврать. Не в смысле что он был честный, а в смысле никто не мог при нем сказать неправду. Точнее, конечно, мог, но сказанное тут же становилось правдой. Мальчик про это не знал.
Когда у него умер кот, мальчик спросил маму, куда тот делся. Мама ответила, что Васька теперь будет жить в лесу, и с тех пор кот живет в лесу. А как-то раз мальчик спросил соседа по парте, как зовут новенькую, и с тех пор все зовут ее Машей. В восьмом классе из-за мальчика три раза менялся день взятия Бастилии, в девятом изменился второй закон Ньютона, в десятом — сюжет «Войны и мира».
На выпускной мальчик решил признаться Маше в любви. Маша была нарядная, и он сказал:
— Маша, ты такая красивая, я тебя люблю!
— И я тебя, — «как друга!», хотела добавить Маша, но не успела.
И жили они долго и счастливо.
***
— Одного мальчика не слушался рот. Мама кормила мальчика перловкой, а рот не ел. Мальчик любил перловку, хотел сказать маме: «Я хочу перловку очень, это все рот!», а получилось «Фуу, отстааань, ненавижууу, тьфу-у, фу». Мама ка-ак дала мальчику по губам за такие слова. Рот с тех пор мальчика слушается, но маме не улыбается.
***
— Одна девочка говорила на детском языке. Она болтала с младшим братом, слушала истории годовалой соседской внучки, и еще научила детскому дачного кота. Кот хорошо выучился, но как никто кроме девочки и детей его не понимал, так до сих пор и не понимает.
***
— Один мальчик жил в лесу, со зверями, а воспитывала его семья зайцев, серьезная — мама бухгалтер, папа — юрист. Мальчик вечно чудил что-нибудь такое, что заяц никогда не сделает: одноклассника-енота за хвост тягает, у соседки-сороки фольгу стибрит, ужа обидит. Родители его воспитывали: «Если ты опять будешь плохо себя вести, придет волк и съест тебя».
Однажды, когда дома никого не было, мальчик взял спички и поджег книжный шкаф. В шкафу были книжки из маминого приданого и купленные для мальчика книжки про самолеты и динозавров. Ни тех, ни других никто не читал, и потому они хорошо загорелись. А потом и весь дом. Лисы из соседней квартиры давай звонить в пожарную, кричат: «Этот там того, рукописи горят!». Примчали смелые волки-пожарные: всё потушили, и спасли соседей. И мальчика из огня вытащили невредимого. А потом съели. Потому что в первую очередь они всё-таки волки.
***
— Один мальчик бросал слова на ветер. Слова взлетали и уносились, куда прикажут синоптики. А синоптики вечно ошибались, потому иногда «привет» раздавалось в ночном городе, и бездомные собаки оглядывались в поисках доброго человека. Или «давай» уносило в горы, и эхо радостно отвечало «давай, давай» и включало лавину. А один раз «велосипед» раздалось в деревне, где старый рыбак сидел один на утреннем берегу, и старик улыбнулся себе, и решил не закуривать, а еще немного так посидеть, повспоминать.
Саша Рыбакова
Иллюстрации: The King of Ugly Pugs